You are viewing
stephanicus's journal
(Пожилая англичанка едет в Италию в 1920 г. наставить дочь на путь истинный.)
По пути в Италию она думала: «Последний раз я была там в 1899 году, с Ричардом. Если бы Ричард теперь был со мной, он бы помог мне». Он бы разбирался с таможенниками в Модане, доставал бы билеты, имел бы дело с невоспитанными немцами. (Немцы часто были нелюбезны с миссис Хилари, а она – с ними, и хотя в этом путешествии они ей еще не попадались – несомненно, из-за упадка и депрессии вследствие заключенного мира, – один из них мог в любой момент войти в купе – с них станется, с этих непотопляемых немцев. )
<…>
В Турине вошли немцы. Ну конечно! Они были повсюду в Италии. Италия привечала их с открытыми объятиями, завязывала с ними экономическую антанту. На этот раз была мать с девочкой-подростком, они глядели застенчиво и угрюмо на миссис Хилари и другую англичанку в купе. Они были худы, и миссис Хилари отметила это не без удовлетворения. Она ни секунды не верила в то, что немцы могут голодать, но эти две немки не казались такими же цветущими и упитанными, какими бы выглядели довоенная немецкая мать с дочерью. Впрочем, они были такими же нелюбезными. Они наглухо закрыли окна. Две английские леди тотчас открыли их до половины. Английские леди – единственные существа в мире, которые предпочитают открытые окна зимой. Английские женщины попроще и английские джентльмены не таковы. Но если вы хотите путешествовать в тепле («мякнуть в тепле», как сказали бы сторонники здорового свежего воздуха), не садитесь в купе с англичанками высших классов.
Немецкая мать яростно запротестовала, объявив, что у нее невралгия, а у ее дочери насморк. Последовала обычная ссора, какие бывают по этому поводу в поездах, злобная и опустошительная. В ней было еще больше злобы, чем в довоенных ссорах; между конфликтующими сторонами текли реки крови, за ними вставали ряды мужчин-родственников, убитых или изувеченных мужчинами-родственниками врагов с сиденья напротив. Победили английские леди. Немцы была побежденной нацией и знали это. В отместку немецкая девочка кашляла и чихала «на весь вагон, в отвратительной немецкой манере», как говорила мисси Хилари, а ее мать издавала такие звуки, как будто ее могло стошнить, если бы она постаралась как следует.
Так что путешествие было ужасным. А вторая ночь в купе была еще хуже первой. Потому что немки – вообразите! – закрыли оба окна, пока англичанки спали, и последние, верные своей национальности и классу, проснулись со страшной головной болью.
Роуз Маколи. В опасном возрасте. Гл. 13